Марк Флавиандр - тексты
Главная страница | Случайный | Назад | Вперед	сентябрь 2012 г | mark.flaviandr@gmail.com

	Глубинное Кто коллекционирует что. Кто-то – марки, коробки, клюшки для гольфа, вина и яхты. Мне же достались страны, подводный мир, и ощущения… вернее, мне еще много чего досталось, но в данную секунду пришли на ум только эти три. Наверное, им меня досталось больше всего. Пополнять коллекцию стран и рыб – легче легкого! Было бы немного денег и времени и все доступно! С ощущениями сложней. Тут тоньше подход требуется… Я бы сказал, эдакая сноровка охотника-уйгура или что-то в этом роде. Толком не знать механизмов, но умело расставлять силки. Я люблю разнообразие мира. Люблю другие народы. За многое люблю – за непохожесть, за то, что раскрывают мне глаза, давая понять, что мои заморочки – это реально заморочки. Что все может быть совсем по-другому и все равно отлично работать! Другие народы, культуры - этакий филиал инопланетян, которых, похоже, я уже не увижу. Они – нашепланетяне, но в столь многом другие, что интересны уже этим. Ксенофобов они пугают. Меня же притягивают и интересуют. Или я так думаю, что притягивают и интересуют. Что же я думаю на самом деле, мне не известно и всегда интересует больше всего. Я вижу лишь пену на воде – то, что я думаю я думаю - а что там в глубине, откуда берется пена, почему пена, что ее создает – мне не ведомо, как и другим. И каждый раз, когда я натыкаюсь на что-то глубинное – не подвергнутое или не задавленное цензурой сознания, я навостряю уши и ловлю каждый символ этого глубинного, чтобы понять как же все там устроено на самом деле, что руководит мной и нами, что влияет, даже, если не на поверхности. Мне нравятся иностранцы. Среди них много моих друзей, и я прожил в других странах много лет. Но я ощущаю что-то на генном уровне – совсем не животное, нет! – но родоплеменное, когда я осознаю, например, что те – другие – забирают в жены наших женщин. Это не мои женщины. Я уверен, что те – другие – более, чем достойный выбор для них. Они красивы, сильны, интеллигентны и выбор нашей женщины совершенно обоснован. Но до всего этого моему глубинному нет никакого дела. Оно поднимается из своих глубин таким насыщенно-бордовым, таким тяжелым и горячим, что лава вулканов – просто мокрый тлеющий пепел по сравнению с этой скрытой в глубинах силой. Кто знает, когда это пришло в гены – в пещерах, с ордой – не важно. Но село в гены меня глубоко. Зиждется остов на этом. В такие секунды я готов создавать партии и поднимать народы под знамена, чтобы сделать наших мужчин достойными наших женщин. Чтобы они имели их, а не те – чужие. Чтобы они забирали все то золото, что рождается у нас, чтобы тем – другим – не доставалось ничего после нас.