Марк Флавиандр - тексты
Главная страница | Случайный	май 2009 г | mark.flaviandr@gmail.com

	Долгие ожидания Мне пришлось сидеть на пароме не два часа, как я предполагал, а значительно больше. Мало того, что утренний паром отменили, как класс и уже давно, так еще и погода разгулялась не к месту. Волны бились серыми, холодными валами, накатываясь на стальное тело парома раз за разом. А я сидел внутри и просто ждал. Иногда, даже приятно вот так вынужденно застрять где-нибудь, подумать, немного разгрузить запутанную цепь событий, обещаний, ожиданий. Спасибо еще тем, кто меня впустил на паром. Вначале, у меня были все шансы болтаться все это время в кафе: сидеть на сквозняке на неудобном пластиковом стуле, пить разбавленный кофе и прокручивать в голове сюжет о том, как я вляпался в такую ситуацию. Сейчас же все казалось не столь печальным. Да, время теряется на ерунду. Но, может, ничего полезного на встрече, куда я опоздал, все равно и не было. Персонал парома проходил мимо меня, бросая взгляды, но ничего вслух не говоря. Очевидно, они не ожидали моего присутствия на пароме в это время и не одобряли тех, кто меня пустил. А я не лез на рожон – сидел тихо, смотрел в окно, наблюдал за происходящим. Кресла-диваны на пароме были очень хороши. Мягкие, широкие – на несколько человек – с высокими спинками, так что соседи, сидящие с другой стороны кресла, практически не мешали, пока не начинали разговаривать слишком громко. А равномерный, но мощный гул турбин из самого сердца корабля дополнительно настраивал на то, чтобы не пытаться их побороть, а просто сидеть ближе друг к другу. По расписанию ходу парому было всего два часа, поэтому почти никто кают себе не брал – располагались кто в ресторанах; кто, как я – около больших окон с видом наружу. Паром – огромная махина. Считай, что сидишь на девятом этаже или около того. А так как впереди тебя нет других девятиэтажек, то и вид из окна – одно загляденье. Сегодня с видом все было не так радужно, как хотелось бы: мокро, холодно, ветрено и мрачно. Но я внутри – и то, слава богу! Неожиданно, я услышал, что кто-то шумно плюхнулся на сиденье позади меня. «Ну, какого черта, так приземляться! Разве нельзя сесть нормально, не сотрясая весь корабль!», - подумалось мне. А вслух я сказал: - Слишком жесткая посадка, как на мой вкус. - Нормальная! – Это был женский голос, чего я не ожидал никак, учитывая стиль приземления на кресло. Но я уже был в медитирующем состоянии духа, и мне не хотелось препираться или даже разворачиваться, чтобы посмотреть на собеседницу. Несмотря на то, что тело ленилось, сознание внутри билось бойко и продолжало размышлять и над пропущенным утренним паромом, и над погодой за огромным иллюминатором парома, и о неожиданно появившейся соседке. - А вас-то как пропустили? – двигать языком никогда не было для меня слишком сложной задачей, даже, когда остальная часть тела была в пике лености. Поэтому я решил завести разговор, не сдвинувшись ни на миллиметр. Как и прежде, я сидел, уставившись куда-то вдаль, где облака были столь низкие и серые, что делали границу между небом и морем почти незаметной. - А почему бы не пропустить, красивую девушку, если она просит, – только что появившаяся соседка, видимо, тоже была уставшей, потому что я не услышал в ее ответе ничего кроме нейтральности общения привыкшего к разговорам «о погоде» опытного путешественника. Повисла пауза. Не очень-то я удачно задал вопрос, коль тема заглохла так быстро. Мне на спасение где-то под потолком зазвучала приятная музыкальная композиция. Она лилась из непонятного источника звука, но была по эмоциональной тональности, как нельзя, к месту. - А куда вы направляетесь? – продолжил я. - Очевидно, туда же, куда и вы, - последовал предсказуемый ответ. - А дальше? - Посмотрим. - У вас нет плана? Вы одна путешествуете? По делам или так? - Отвечать четко, как в армии, или? - Не хотел вас обидеть. Просто делать нечего – захотелось поболтать. Вместо горизонта, я смотрел теперь на чайку, висящую в паре метров от меня. Она парила в потоках воздуха, омывающих корабль. Ей удавался столь непростой маневр с завидной грациозностью. Единственное, что диссонировало с моим расслабленным состоянием, так это резкие движения ее головы. Чайка, похоже, высматривала добычу где-то внизу, не забывая следить одним глазом и за мной. «Интересно, а ей интересно? Я о ком? – Похоже, о чайке. Ей бывает что-нибудь интересно или это всегда лишь простые желания тепла, безопасности и сытости? А о соседке? Что ей интересно? Зачем-то же она плывет на пароме. Дела? - Может быть. Хотя, посреди недели, на таком медленном виде транспорта – вряд ли. Или дела у нее совсем не такие срочные, как у меня обычно». - Я путешествую одна. На машине. И у меня нет четкого плана. Вы тоже не попали на утренний паром? - Да. В интернете было написано, что есть паром на полдесятого. Он мне очень подходил по времени, но, похоже, не судьба. - Вот-вот! Я тоже попалась на ту же удочку. Судя по тому, что здесь не много таких, как мы с вами, остальные узнают расписание из других источников. - Не могу с вами не согласиться, - мне хотелось продолжить разговор и дальше, но тема никак не хотела углубляться. – А когда вы сойдете на берег, вы поедете дальше или теперь собираетесь остаться в городе? Время-то упущено. А сейчас холодно, сыро, скользко на дорогах, да и темнеет очень рано на этой широте. - Я не знаю, - ее голос звучал печально. – Наверное, я все же поеду. Все равно погода лучше не станет. Каждый день холодно, скользко и темно. - Опять же, полностью согласен с таким описанием положения вещей. - А вы сами куда направляетесь и как здесь, на пароме, оказались – за несколько часов до отправления? Сюда же не пускают. - Получается, что не только у красивых девушек есть дар убеждения. И меня пустили, не оставив мерзнуть в пустом портовом кафе. - Вы на машине? Если да, то почему не поехали кататься по городу? И куда вы поедете из порта прибытия? - Мой-то план очень прост – я еду на юг. Знаете, тычу в GPS километров на пятьсот от текущей точки, а затем следую тому, что говорит мне GPS. А потом опять и опять, пока не доберусь, где мне понравится. Это, как подчиняться президенту: с одной стороны мы его сами избираем, а с другой – потом все время следуем его указаниям. - Да, это мне знакомо. Я и сама уже успела подсесть на такую схему. Кстати, я, как раз, новую машинку и решила обкатать. - В самом деле? А что за агрегат? - Вы все равно не знаете. «Ну, ничего себе, заявление! Это почему это я не знаю! Конечно, есть какие-нибудь неизвестные английские модели, но все равно! Так огульно заявлять!», - я прямо вспыхнул внутри. - И все же? Здесь есть беспроводной интернет, и я почитаю об этой модели, если, вдруг, я ее не знаю. - А вы можете найти в интернете информацию даже о том, что никто не видел? – парировала моя незримая спутница. - Я много чего могу, - буркнул я тихо, пытаясь сказать это для себя – чтобы она не услышала. - А вашу машину никто не видел? – сказал я уже громче. - Это я могу вам гарантировать, - ее голос звучал все также в нейтральных тонах. - Даже так?! А, может, вы расскажите мне о вашей машине, назовете, наконец, марку? - Нет, я не смогу. - Вы играете со мной? - Нет. - Тогда о чем мы сейчас разговариваем? Похоже, какой-то умник зациклил музыку. Только сейчас обратил я внимание, что та же приятная композиция все еще звучала под потолком. Мы уже столько здесь сидим, а она все продолжается и продолжается. Очень хорошая музыка, что ж сказать! Но ее же потом с ломом из головы не выкорчуешь! - Мы разговариваем о моем агрегате. Кстати, мне не нравится это название. Мне всегда казалось, что агрегат – это какой-то грязный, ржавый, заброшенный трактор в деревне. - Еще раз простите. - Почему еще раз? Разве вы уже извинялись передо мной? - Нет? Тогда извините за то, что извинился, за что не должен был. И извините за будущие промахи. - Вы еще и в будущем собираетесь промахиваться? Думаете, у вас будет такой шанс? Кстати, а какой сегодня день недели? - Понедельник. Я ответил и сам поразился, что сегодня понедельник. Значит, вчера, было воскресенье. А воскресенья-то я и не заметил... Мои будни и выходные смешались в один серый поток дней – вот, как эти морские волны – стальные, мощные, холодные, и бесполезные в своих повторах. С одной стороны, время постоянно не хватает – я уже и забыл, когда ложился спать до полуночи. С другой – это все бег какой-то – напрягает, а движения вперед не видно. А если и видно, то пейзаж по сторонам моей дороги как-то стал статичным уж и не помню когда. - Понедельник …, - задумчиво повторила она, - а что вы, обычно, делаете по понедельникам? - Да в рабочие дни в это время я, обычно, делаю одно и тоже – решаю какие-то срочные, но мало запоминающееся вопросы на работе. За разгребание этого всего, мне и платят. А вы чем занимаетесь на работе? - Я не хожу на работу, – она произнесла это без вызова. Как и в прежних ответах, в ее голосе звучала беспристрастная нейтральность. - Даже так? Полагаю, мне не стоит спрашивать об источниках дохода? - Нет, не стоит. Разве это прилично? - Вы правы, я не буду. Просто когда я натыкаюсь на такие необычные ситуации, я сразу погружаюсь в раздумья. Несмотря на мою тягу к пространным размышлениям, я так и не пришел к выводу, что бы я делал, если бы мне не нужно было каждый день ходить на работу. - А вы, разве, на работе сейчас? - Нет, сейчас я с вами на корабле. - Вот, видите. Вы сами и ответили на свой же вопрос. - Сегодня – исключение. - Каждый день – исключение. Поверьте, - я бы сказал, что мы при этом посмотрели друг другу в глаза, но это было совершенно не так. Как и раньше, мы сидели спина к спине, а между нами было пара десятков сантиметров спинки кресла. Я не видел даже тени ее, она не видела меня. Интересно, а как она выглядит? Сколько ей лет? Мы уже довольно долго болтаем, но никто из нас не сделал попытки познакомиться или хотя бы посмотреть друг на друга. Очень надеюсь, что она не воспримет такое мое поведение, как оскорбление. - А в каком городе вы живете? – я продолжил выпытывать детали. - Я живу в разных городах. Где брошу якорь, там и живу. Сейчас мне, вы просто не представляете, как хорошо просто лежать в этом кресле? - Вы лежите?! А почему же я сижу! - Ваше дело. Я всегда пытаюсь устроиться лучшим возможным способом. И вы, кажется, пример того, как люди не пользуются всем, что у них есть в руках. Вам же никто не запрещает забраться с ногами, если так приятней. - Вы правы. Я не подумал как-то … - общественное место и все такое. - Вы видите общество здесь? - Да, но я делаю так, даже если людей вокруг нет. - И зачем? - Не знаю. - Ну, и зря. Мне нравится комфорт. - Учитывая, что вы не работаете …, - я пытался шутить. - Если бы работала с девяти до шести, может, у меня бы и не было такой тяги к хорошему – сил бы не оставалось. Но я много путешествую, и у меня было время посмотреть, как можно жить, и было время подумать, что и как нужно делать. - Согласен. Опять согласен. Мне так неудобно в этом себе признаваться, но я слишком мягкотело сегодня со всем соглашаюсь. Или же вы столь элегантно обходите углы, поднимающие мой боевой загривок. - Не специально. Мне кажется, что вам просто не хочется терять единственного собеседника на пароме. - Я так открыт? Вы читаете меня слишком легко, - с шутливыми нотками я поддакивал невидимой соседке по дивану. – Не сочтите меня докучливым, что за машину вы ведете? Я же сгорю от недостатка информации, пытаясь узнать все о существующих марках. - Сочту. Мне не нравятся приставучие люди. А марки у нее еще нет. Это совершенно новая модель. И названия у нее никакого нет – только рабочий код. Но он вам тем более ничего не скажет. - Как интересно. А почему вы на ней ездите? Я могу взглянуть на машину, хотя бы мельком? - Нет, вам нельзя. А теперь я попрошу вас еще и дать слово и не искать встречи со мной. Раз уж мы так хорошо разговариваем, то, как в сказках про Василису Премудрую, мне придется ускользнуть от вас, не показавшись. Прошу, обещайте, что позволите мне смешаться с толпой, не будете меня искать и не станете делать никаких глупостей. Я бы не хотела неприятностей. «Черт! Уууу. Черт!» - пронеслось у меня в голове. - Несмотря на то, что такая просьба меня, несомненно, расстраивает, я не могу ее не выполнить. Вы же не уходите прямо сейчас?! – мне, в самом деле, было досадно, что наша встреча закончится на такой повисшей в воздухе ноте. - Нет, я пока не ухожу. Где вы толпу видите? С кем я буду смешиваться? – моя собеседница, казалось, пыталась скомпенсировать своей большей открытостью потерю своего общества мной и крушения каких-либо моих планов на ее счет. - Тогда расскажите о машине. Почему вы ее ведете? – вернулся я к прежней теме. - Компания-производитель, как мне кажется, доверяет моему вкусу. - Даже так? Вы – известная личность? Вы эксперт в тестировании машин? - В определенных кругах – да, меня знают. Но нет – я не эксперт в тестировании машин – это уж точно. - А я мог вас видеть раньше, я вас знаю? - Может быть. Жизнь – такая сложная штука. - Хм. Это необычно. И что вы делаете с машиной? Как-то записываете ощущения или что? Результат вашего тест-драйва в чем будет? - Ничего сложного, как оказалось. Понимаете, я не испытываю сексуального удовлетворения, просто играясь с техникой ради самой техники, как некоторые из специалистов, кто изобрел эту машину. Но мне нравятся такие новые игрушки. И мне нравится путешествовать по странам. Поэтому я и согласилась. И мне еще и заплатят. Так что, у меня все же есть источники дохода, позволяющие удовлетворять свои ожидания от мира. - Вы живете одна? - Нет. А вы? - Нет. У вас есть дети? - Да. А у вас? - Тоже, - ответил я, кивая машинально. Она не могла видеть моего кивка в любом случае. Какой интересный расклад! - У вас приятный голос. И вас отпустили дети, муж? Как так? - С няньками им лучше. Я продолжал ждать, что она продолжит - разовьет мысль. Но она, кажется, не стремилась к этому. Похоже, больше, чем уже сказано, она говорить не собиралась. - Когда я еду на этой машине, вся телеметрия записывается: как я веду, где торможу, как на это реагирует машина. И, между прочим, она даже записывает все мои выражения. А я еще как ругаюсь, когда кто-то перебегает дорогу или не могу справиться с какой-нибудь изощренной электроникой в машине! - Вам не страшно? - Чего именно? - Ну, неиспытанная машина. Все разговоры записывают – крутовато, как на мой вкус. - Нет, мне не страшно. Я хорошо знаю главного конструктора компании. Это мой муж. - А! – только и оставалось сказать мне. Черт! Повисла пауза. Не знаю, о чем она думала. А мне пришло в голову, что по жизни я ни черта не рискую. Мне кажется, что я управляю тем, как живу и выбираю, но что-то в голове мне шептало сейчас, что, что не так. Такие неожиданные разговоры; встречи, как сегодня; оборотные стороны мира недвусмысленно наводят на мысль, что в своем подводном мире мои горизонты слишком близки и все может быть по-другому. «Ага! По-другому! – мне обязательно нужно жениться на главном конструкторе автомобильного завода и все у меня будет по-другому!» - злорадно поддакнул кто-то внутри. Паром завибрировал. Это явный признак, что скоро начнут впускать пассажиров. И, в самом деле, не прошло и минуты, как я услышал приближающуюся волну голосов. Теперь я знаю наперед следующие два-три часа своей жизни. - Вы еще здесь? – спросил я? Мне никто не ответил. Я не знал, была ли моя соседка позади меня или нет. Может быть, она обиделась на долгую паузу в разговоре. А, может, ушла уже и пьет кофе в новой компании. Еще через несколько секунд людской вихрь окружил меня голосами, приглушенными коврами на полу звуками ходьбы, запахами снаружи, громкими сообщениями по центральной связи. Кто еще живет рядом со мной? Кого еще я никогда не встречу, но кто интересен и необычен? Может, мы с ними не встретимся, потому что держимся от больших скоплений людей на расстоянии. А, может, меня и самого избегают, потому что я не представляю для них никакой ценности, и они просто не расходуют свое внимание на меня. Кто его знает, что ждет меня впереди. И так ли уж мне известны мои будущие два-три часа!